«Российская газета»:
– А в чьей собственности сейчас находятся предприятия ТЭКа?
– Слухов много распространяют на эту тему…. На самом деле топливно-энергетический комплекс никогда не принадлежал и не принадлежит ни какому-либо физическому лицу, ни частной фирме, ни группе лиц. Мы вынужденно и сознательно провели приватизацию таким образом, чтобы владельцами этих предприятий, грубо говоря, стали те же самые трудовые коллективы. Акции были переданы нескольким организациям, учрежденным самими же предприятиями нашего ТЭКа. У нас были веские основания для того, чтобы сделать именно так. Будучи государственными, наши энергетические предприятия стали объектом агрессивной и абсолютно противозаконной по своей сути рейдерской атаки. И если бы не наши решительные действия, нефтезаводы и многое другое уже давно действительно принадлежало бы пресловутым «частным лицам».
Относительно того, кто управляет республиканским ТЭКом, отвечу прямо – это не только люди, которым я действительно могу доверять, но и эффективные менеджеры. Между прочим, они блестяще образованны и прекрасно себя зарекомендовали сначала на невысоких должностях. И только убедившись в их компетентности, мы приняли решение о том, кто и как будет руководить ключевой для республики отраслью. В ситуации, когда государственное добро расхищалось аферистами всех мастей, я не мог поступить иначе.
Рейтинги же, которые оценивают «состояние» менеджеров нашего ТЭКа, смешны, это фальшивка от начала до конца. Никто из наших специалистов не получает зарплату хоть на рубль больше, чем в среднем по отрасли. Нет у них в пользовании ни самолетов, ни вертолетов, никаких других предметов роскоши, привычных для современных российских нефтяников. Я и сам, кстати, будучи руководителем одного из самых крупных и успешных регионов, передвигаюсь исключительно на рейсовых самолетах и автомобилях. Так и скромнее, и узнаешь больше, находясь ближе к людям.
«Коммерсант»:
– Вы неоднократно выступали с критикой отдельных положений региональной политики федерального центра. Как, на Ваш взгляд, должна выглядеть идеальная модель взаимоотношений с Москвой?
– Я не раз говорил, что критика вообще – это вещь полезная, без неё ни одному руководителю не обойтись, поэтому и дальше буду открыто высказывать свое мнение. Вы поймите: мы здесь не ставим под сомнение власть или полномочия российского Правительства или тем более Президента России Владимира Путина. Его появление во главе государства я искренне считаю благом для всех нас. Однако неправильно, когда от одного главного специалиста какого-нибудь министерства зависят судьбы миллионов людей в регионах. Есть же проблемы, которые нам здесь ближе и понятнее, а потому лучше нас их никто решить не сможет. Брать полномочий ведь тоже нужно столько, сколько сможешь проглотить.… Полномочия – ведь это не только почет, но и главным образом – ответственность перед людьми. Поэтому идеальная схема взаимодействия центра и регионов видится мне так: Москва определяет стратегические, геополитические направления развития государства, а мы на местах решаем оперативные социально-экономические вопросы.
«Известия»:
– Кому все-таки принадлежат сейчас предприятия ТЭКа? В прессе муссируются самые разные слухи…
– Мне известно об этих разговорах. И я со всей ответственностью заявляю: ни один процент ни одного из предприятий ТЭКа не принадлежит никому из руководителей республики и никому из членов их семей. Не принадлежит наш ТЭК и никому из российских олигархов, которые все последние полтора десятка лет облизываются на эти активы. А это действительно лакомый кусок. Мало того, что заводы сами по себе изначально представляли огромную ценность, мы не стали, как многие другие, выжимать последние соки из устаревающих предприятий, мы провели глубокую модернизацию, добились потрясающего качества продукции. Словосочетание «республиканский бензин», согласитесь, стало синонимом высочайшего качества, о чем говорит хотя бы тот факт, что ни один бензин в стране в таких масштабах не подделывается. Глубина переработки на наших заводах составляет 80—85 процентов, профессионалы поймут, о чем я говорю. И все это, за исключением одного миноритарного пакета акций, совсем недавно проданного АФК с единственной целью привлечения инвестиций в дальнейшее развитие, принадлежит республике. Мы провели сложную схему реорганизации, суть которой вкратце можно описать так: часть ТЭКа принадлежит его рядовым сотрудникам, а часть акций, с помощью закольцованной схемы, выкупили сами же предприятия ТЭКа, который, таким образом, стал принадлежать сам себе.
Сейчас перечитываю эти тексты – и смеюсь над тем, как мы по поводу выхода первых подобных наивных и половинчатых опусов торжествовали, наверное, не меньше, чем американские отцы-основатели, только что дописавшие билль о правах.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Большой начальник (местный чиновничий сленг)
2
[битая ссылка] https://rbpolit.wordpress.com/ – интернет-сайт, специально созданный для размещения компромата на местных чиновников
3
Англицизм «Упс!» произносится в этой части России именно так
4
На некоторых тюркских языках – «дедушка», прозвище главы нашего региона
5
Чиновничье клише из их поздравлений друг другу
6
Шакиров – один из последних советских лидеров БаССР, отличавшийся крутым нравом
7
Президентушко (башк.)
8
Лес (башк.)
9
Стабильность (местный чиновничий сленг)
10
Так звучит слово «компромат» у некоторых местных чиновников
11
Так многие в Башкирии называют электричество
12
Очень (местная лингва-франка)
13
Ты же ученый человек (башк.)
14
Сынок (башк.)
15
Нечего дерьмо месить (башк. присказка, аналог русской «хватит сопли жевать»)
16
Брось, что за глупость говоришь тут сидя, как это… (рахимовская лингва-франка)
17
Ладно уже
